Шёлк

Мой крик застынет
В бетонных коробках,
От стен отразится
И сгинет в обмотках.

Ложась на алтарь, я расправлю хребет.
Забуду, застыну.
Мой голос исчез, заблудился, устал. Загнулся, замёрз.

Где истины свет? Ты грязью
Измажешь лицо. Ты кровью
Изгадишь мой шёлковый дресс.
Я буду лишь куклой средь сломанных стен.

Добей и живи. Сожри меня здесь, сожги, харкни на бальное платье.
Раскрой душу мне, хлыст в руках разомни.
Пройдись по костям моим, как по бульвару.
Избита, раскрыта, забавна.
Избита, раскрыта, забавна.
Избита, раскрыта, забавна.

Крика не будет — сорвался лишь миг.
Сошлись надо мной океаны.
На шее ошейник упрямый блестит.
Рабыня, одна, несуразна.
Рабыня, одна, несуразна.

Где истины свет? Ты грязью
Измажешь лицо. Ты кровью
Изгадишь мой шёлковый дресс.
Я буду куклой средь сломанных стен.

Здесь истины свет, и грязью
Залито лицо. На стержни накручены гайки.
Я кукла средь взорванных стен.
Забыта, разбита, прекрасна.

Я — тела пластмассовый ритм.
Забыта, разбита, прекрасна.

Я — тела пластмассовый ритм.
Забыта, разбита, прекрасна.
Забыта, разбита, прекрасна.

Я — тела пластмассовый ритм.
Забыта, разбита, прекрасна.